• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Тиятральное (список заголовков)
17:08 

***

Быть, а не казаться.
Вчера было первое занятие кружка театральной критики в ЦИМе; разумеется, пройти мимо я никак не могла - особенно когда его ведёт такой волшебный во всех отношениях человек как Елена Ковальская. Она чрезвычайно уютная и при этом лектор от бога, не меньше: за два часа дать экскурс в историю театра, который звучит как связный рассказ и при этом аккуратно расставляет по полочкам буквально всё - это талант. Вместо оговоренных двух часов мы сидели три, и время прошло незаметно, и контингент аудитории какой-то очень комфортный, несмотря на разницу возрастов, профессий и, в конце концов, целей, обращённых к этому курсу. Вышла из Центра... нет, не вышла - вылетела на крыльях любви и обожания. Понятное дело, что за 4 занятия нельзя составить полную картину, но в том, что я получу нужный мне вектор, я не сомневаюсь. У меня есть отличное домашнее задание и отличный список литературы, а также радость от всего происходящего.

А ещё я вчера так набродилась по внутренним недляпростыхсмертных коридорам, залам и аудиториям ЦИМа, что одно только это можно назвать офигенным квестом.

@темы: В душной бетонной коробке можно быть просто счастливым, Всем восторг, посоны!, Молоко и мед, Тиятральное

20:09 

"Кот стыда"

Быть, а не казаться.
Спектакли Марины Станиславовны Брусникиной всегда такие одинаковые, но такие разные. Как и в случае с книгами Ю Несбё, это почерк мастера, способного создать коллекцию разномастных вещей, которые, будучи непохожими друг на друга, останутся объединёнными темой, духом, атмосферой. "Кот стыда" ни капли не выпадает из ряда её блестящих работ - и отлично его дополняет.
Есть искусство, в которое глядишься как в зеркало поутру. Оно показывает тебя настоящего: сонного, немытого, небритого - словом, максимально естественного, без масок этикета и светской учтивости, без брони, в которую мы облачаемся перед выходом в социум. "Кот стыда" - явление именно такого искусства. Беспристрастный, не обвиняющий, но молчаливой констатацией страшных фактов заставляющий вжаться в кресло. И уже не актёры разыгрывают отстранённый сюжет - в этом камерном пространстве, когда на сцене и артисты, и зрители, они показывают сцены из твоей собственной жизни. И рано или поздно, найдя себя самого в ком-то из персонажей (а любой из нас, у кого есть семья, обязательно найдёт в них себя, это непреложная аксиома), ты почувствуешь эту волну стыда за всё, что ты (не) сказал, (не) сделал, (не) полюбил.
Но, к счастью, эта волна будет очищающей.
Три истории о людях, которые не слышали друг друга, и о боли, которую мы причиняем своим близким. О любви, которая становится отравляющей жизнь патологией, и о заботе, которая душит не хуже петли. О "я лучше знаю, как тебе жить твоей жизнью". О тех, кто вроде бы рядом, но не вместе. Две трагикомедии и одна полноценная драма - их все разыгрывает одна и та же девятка людей, и образы причудливо тасуются, чтобы потом всплыть в каком-то новом отражении. В "Коте стыда" Максим Керин и Мария Рыщенкова играют бабушку и дедушку, чтобы потом снова оказаться парой, но уже молодой, в "Ба", а Дарья Семёнова виртуозно сменяет образ молодой неформальной девицы-рассказчицы на образ матери, живущей с зятем в вечном ожидании своей непутёвой гулящей дочери. А ещё здесь есть кот, кот как связующее звено: вполне материальный в первой истории, он становится гуляющей самой по себе героиней во второй и потом смотрит на тебя с открытки в третьей.
Несмотря на то, что "Март" обладает наиболее тяжёлым из всех сюжетом, меня он потряс меньше, чем остальные два. Наверное, потому, что его история более частная, тогда как показанные в "Ба" и "Коте стыда" детали своей общностью бьют наотмашь. Но расстановка пьес очень правильная: самый тёмный час - перед рассветом, а "Ба" - это самый настоящий рассвет. За счёт этого из зала (а вернее, со сцены) ты выходишь с улыбкой. Пищи для размышления полно, психологический театр на то и психологический, но послевкусие хоть и с горчинкой, однако тёплое.
Как и всегда, Марина Станиславовна не предлагает какой-то универсальной панацеи. Она задаёт вопросы, на которые ещё нет ответов, и предлагает ответы, к которым пока что не заданы вопросы. Тянешь за одну ниточку - неминуемо цепляешь вторую, третью, четвёртую, и вот ты уже весь в паутине человеческих отношений. Жить с кем-то всегда означает необходимость идти на компромиссы, а мы очень часто забываем об этом. "Кот стыда" предлагает вспомнить - и если не перестать осложнять отношения вовсе, то хотя бы попробовать это сделать. Шагнуть друг другу навстречу. Услышать. Мне кажется, что это - одна из самых важных вещей, которую театр может дать человеку, и я не ставлю здесь знак неравенства между артистом и зрителем.
Впрочем, это уже совсем иная история.

Нельзя так просто взять и не выбрать фото с солнышком Кериным.

@темы: What I've seen, Тиятральное, Всем восторг, посоны!

19:20 

***

Быть, а не казаться.
Вчера водила матушку на "Иова" в МХТ: я его посмотрела ещё летом, в рамках лаборатории (и не прогадала, когда наванговала, что его оставят в репертуаре), а вот у мамы в тот раз не сложилось. Зато вышло в этот.
Я, может, ещё что-нибудь скажу про спектакль кроме того, что вчера он оставил значительно более светлое ощущение, чем в июле (хотя местами бьёт по-прежнему больно - но, вероятно, я со всем этим как-то примирилась). Но главная фишка вечера - твоё лицо, когда на соседние с тобой места садится Анатолий Белый с женой :lol:
- Это же тот, про кого я подумала, да? - шёпотом спросила мама, едва мы вышли из зала, и хитро посверкала глазами.
- Ага, - тем же шёпотом ответила я, в первый раз за вчера расплывшись до состояния растаявшего под солнцем ванильного мороженого.

Потому что был ещё второй раз, но про него я не буду.

@темы: Тиятральное, Ололо же!, Минимысли, Всем восторг, посоны!

22:49 

"Идиот"

Быть, а не казаться.
Выйдя из Театра Наций, я вспомнила одно интервью Максима Диденко, в котором он говорил, что на каком-то этапе создания спектакля актёры совершенно не понимали, чего он от них хочет. После этого я ещё раз переварила увиденное и поняла, что, кажется, они все сделали что-то нереальное. Не знаю, что происходило в голове у Диденко и как это воспринимали актёры, но у них получилось.
Вот вы можете представить, что Достоевского играют в жанре чёрной клоунады, со всеми сопутствующими и вытекающими? Я тоже не могла. А это возможно. И самое - странное, страшное, прекрасное - что в такой постановке есть не только определённая безумная красота, но и даже логика. Словом, она стопроцентно имеет право на жизнь. И хотя этот "Идиот" понравился мне не до трясущихся коленок, он мне понравился - настолько, что я всерьёз задумываюсь о повторном просмотре через некоторое время. Хотя в первые полчаса я совершенно не была уверена, что скажу эти слова.
Смотреть такую версию "Идиота", не будучи знакомым с первоисточником, совершенно бессмысленно. Максим Диденко обрубил в романе всё, оставив только линии между Мышкиным, Рогожиным, Настасьей Филипповной, Ганей и Аглаей - очень красные, до буквальности, линии. Персонажи практически не говорят, за весь спектакль звучит около пяти монологов и три песни, да и выбор монологов как-то не про любовь, а про мощный общественно-резонирующий контекст (ну, кроме как у Парфена). На театральной сцене происходит всё то, что мы привыкли видеть на цирковой арене. Поначалу кажется, что такая идея настолько же не в своей среде, насколько и кит, выброшенный на берег, но чем дальше катится спектакль, тем страшнее и веселее становится, а пульсирующий в каждой мизансцене Достоевский (а он там есть - неосязаемый, но ощущаемый!) воспринимается совершенно по-новому. Вот сцена с Ганей и свёртком с деньгами - она же всё прекрасно объясняет без единого сказанного слова! Это не богомоловская эстетика постмодернизма, это вполне прямолинейный "Идиот", не претерпевший никаких интеграций с другими произведениями; здесь правит бал именно форма подачи. Хотела бы я знать, как можно было додуматься до такого.
Герои - четыре клоуна: с характерной походкой, характерной мимикой, характерными ужимками и голосом. Не спутаешь. Трогательный Мышкин передвигается мелкими шажками, дружелюбно моргая большими глазами, параноидальный Рогожин, с руками в крови с самого начала спектакля - крупными шагами на полусогнутых. Настасья Филипповна же и вовсе воплощённая жеманность (не всякая женщина так сыграет, я уверена). Тонкая работа - в поимке самых главных граней характера, в том, чтобы показать персонажа минимумом средств. Если бы не наличие Ингеборги Дапкунайте, можно было сказать, что Диденко пошёл путём елизаветинского театра: и Аглаю, и Настасью Филипповну играют мужчины. Но как они это делают! Да и есть, конечно, определённая комичность в женщине, играющей князя, и мужчине, играющем Аглаю. Забавная матрёшка социальных ролей получается.
Пластика и музыка, как и в "Северной одиссее" - попадание прямо в яблочко. Музыка вообще пришлась мне настолько по вкусу, что мне уже нужна она вся, целиком и полностью, от первой мелодии и до последней.
Сумасшедшая красота, короче говоря. Если готовы к экстраординарному зрелищу - маст си.


@темы: What I've seen, Тиятральное

15:00 

"Северная одиссея"

Быть, а не казаться.
Я весь спектакль сидела и думала: как, ну как у Екатерины Гранитовой получается рассказывать эту очень мужскую, как ни крути, историю с таким безупречным пониманием? В чём там секрет - в какой-то запредельной эмпатии, что позволяет одарённому человеку выступать проектором вещей, которые он может скорее предположить, чем документально подтвердить, и не искажать эти вещи? Наверное, ответ будет действительно каким-то таким.
Справедливости ради: мужская история "Северной одиссеи" в конце становится вполне женской, и круг замыкается, но это уже совсем другая история.
В первую очередь "Северная одиссея" - это сказка, и если вспомнить "Сказку о том, что мы можем, а чего нет", авторы текста всплывут в памяти сами собой: очень много у них схожего, мифологизирующего настоящую жизнь. Это сказка со счастливым финалом, в котором поначалу сомневаешься, но кто сказал, что в жизни не нужны такие вещи - приближенные к реальности и всё равно оставляющие с ощущением чего-то чудесного? В ней каждый найдёт что-то своё: кому-то больше придётся по душе монохромное и подчас драматичное действо первого отделения, кто-то отдастся на волю красочной, немного легкомысленной и авантюрной второй части. Но недовольных не будет, я почти уверена.
Много лестных слов хочется сказать про оформление: про великолепную хореографию Албертса Альбертса - тот самый случай, когда пластика актёров настолько красноречива, что местами совершенно не требует слов - и музыку Петра Налича. Разнообразную, но неизменно точную, вхарактерную, атмосферную. Невербальные средства объяснения происходящего в "Северной одиссее" иногда работают даже лучше, чем вербальные. С другой стороны, талант имитации разнообразных языков и наречии Владислава Погибы тут тоже используется по полной программе: его якут Потёмкин - совершенно прелестное, донельзя обаятельное создание (хотя среди задействованных актёров нет, кажется, ни одного, про кого можно сказать обратное). Сперва я хотела было пожаловаться, что в составе, на который мы попали, не было Дениса Шведова (ну люблю я Дениса Шведова!), но Александр Доронин играл Сафронова с таким беспредельным удовольствием, что моё и без того вялое недовольство улетучилось уже через пару минут после начала спектакля. Вообще, кстати говоря, "Северную одиссею" отличает именно это - удовольствие: актёры любят этот спектакль и играют от души, а это всегда чувствуется по-особенному.
А ещё я думала вот о чём: что же отделяет эту историю от сотен других, похожих на неё? Это ведь достаточно стереотипная калька с перестрелками, возникновением местечковой бригады, обязательной любовной историей одного из персонажей и покинутой женой другого. Она могла бы произойти в любой точке земного шара. Так что же, кроме деталей географии и быта, делает её нашей, русской? Луцик и Саморядов, а вместе с ними и Екатерина Гранитова дали мне ответ довольно быстро, вложив её в уста Митрофана Романовича Сковородникова. Особенность "Северной одиссеи" - в наивной, но милой, абсолютно по Бердяеву, уверенности в некой избранности нашего народа. Русские, которые нигде не пропадут - частые гости стереотипных анекдотов, и здесь, казалось бы, обыгрывается то же самое, но делается это по-доброму, с любовью и с поддержкой такой веры. И сейчас, мне кажется, нам всем не хватает именно этого.
Даже если это совсем не так.


@темы: Тиятральное, Всем восторг, посоны!, What I've seen

22:26 

"Бунтари"

Быть, а не казаться.
Знаете, что меня поражает больше всего? То, что Александр Молочников всего лишь на пару лет старше чем я, а мне всего двадцать один год. Самый молодой, самый дерзкий, и провалиться мне на этом самом месте, если однажды он не станет великим. Вещи, которые он делает - с командой сподвижников, само собой, и возрастных в том числе - не просто заставляют верить в то, что моим ровесникам не всё равно, но убедительно доказывают это.
Я до сих пор пребываю в таком потрясении от "Бунтарей" - от всего, что там намешано, от того, как это всё намешано - что опять готова стучаться к соседям и проповедовать поход на этот спектакль.

На сцене - бардак: сцена в сцене, старый холодильник, стол, разномастные стулья. Перед сценой - решётки, словно сошедшие с питерских набережных; солёный невский дух с лёгким привкусом затхлости тут во всём. Из ретро выбивают пыль, успешно доказывая всем и каждому, что рок жив не хуже Пушкина. Да и вообще - какая музыка может служить лучшим аккомпанементом к истории мятежников?
Если бы вы знали, как мне надоел скандал;
Я готов уйти; эй, кто здесь
Претендует на мой пьедестал?
Где та молодая шпана,
Что сотрет нас с лица земли?
Её нет, нет, нет...

"Бунтари" - спектакль интуитивный, и говорить о нём что-то рациональное и связное очень трудно. Если бы он был коктейлем, то был бы, несомненно, Лонг Айлендом, где за невинным чайным цветом скрывается мощный алкогольный набор. Здесь всё то же самое: за внешне безобидным, более всего напоминающим свалку антуражем гаражного шика, где безошибочно найдутся и старый телевизор, и кровать, стоявшая на даче у каждого первого, и торшер, стоявший у каждого второго, - так вот, за всем этим здесь прячется суровая правда, которая сбивает с ног.
В "Бунтарях" чувствуется влияние именитых режиссёров: тут тебе и ранний Могучий, и поздний Бутусов, и "Рок-н-ролл" Адольфа Шапиро. Но всё это не плохо, а скорее наоборот, потому что это не плагиат, а вдохновение. Этот спектакль - один сплошной калейдоскоп разномастных моментов, и я даже не знаю, что бросаться выделять в первую очередь. Швейцарию? "Музыкальный ринг" - сцену гениальнейшей самоиронии, которая разом уничтожает любые возможные негативные отзывы о спектакле просто потому, что озвучивает их все до единого? Кружок декабристов, наивных и трогательных? Искать документальную правду, пожалуй, глупо, а вот внутреннего ощущения свободы и протеста, который одинаков во все времена, тут хоть отбавляй. Герман Лопатин сделает себе кислотно-зелёный ирокез (ну я хотя бы что-то делаю!), Сергей Нечаев наденет кожаную куртку, но сомнений в том, что они - это они, почему-то не будет. "Бунтари", конечно, подразумевают некоторую осведомлённость в отношении того, что за история легла в основу "Бесов" Достоевского, и кем были декабристы и народовольцы: тут не будет конферансье, который открытым текстом расскажет про то, что происходит, зато будет множество аллегорий - где-то более буквальных, где-то менее. Впрочем, мне хочется верить, что обо всём этом в курсе любой мало-мальски образованный человек, а если вдруг по какой-либо причине вышло иначе, то спектакль обязательно побудит узнать больше.
Здесь крайне обаятельный Нечаев: жутковатый, да, но обаятельный, а зло должно быть обаятельным, потому что только такое зло имеет подлинную власть над людьми. С другой стороны, его диалог с Николаем Павловичем - один из лучших моментов спектакля; Нечаева там сминают - зло, но изящно, и одна из двух зол сменяет другую, да непонятно, меньшая ли. Здесь прекрасная Софья Перовская, ещё практически молодая девочка, гибкая как ива, показанная в период до того момента, когда она начала руководить "Народной волей". Здесь ломкий Каховский, наивно-восторженный, какой-то уютный и тёплый Рылеев (я всё ещё считаю, что отдавать эту роль одновременно Артёму Волобуеву и Артёму Быстрову - преступление) и импульсивный до резкости нервный Пестель, здесь воздушнейший Пушкин рассекает по сцене на роликах - потому что за Солнцем русской поэзии никому не угнаться. Здесь есть эмоциональный перекос, такой же, какой происходил в "19.14" после горловой правды конферансье практически в конце спектакля: на монологе Александра I, который Ростислав Лаврентьев читает на одном дыхании, ты вспоминаешь о том, что дышать всё-таки нужно, только когда он заканчивается. Здесь во всём - ураган, и в конце, на одиноком танце Лопатина, под взглядами безучастных к нему остальных героев спектакля, ты - как бы ты ни относился к революции - внимаешь.
Я - не сторонница революций, особенно когда их инструментом, как у Нечаева, становится террор до кровавых Маратов и Робеспьеров в глазах. И команда спектакля вроде бы не оправдывает таких как он. Зато к восстанию декабристов - безумному и прекрасному - ты обязательно проникнешься любовью, потому что этот безыскусный идеализм не может не быть очаровательным. Люди будут бунтовать, потому что это в их природе. Бунты редко заканчиваются успехом и ещё реже приводят к положительному результату, потому что это в их природе. Но не восхищаться порывом - невозможно.

Один нюанс: для того, чтобы прочувствовать "Бунтарей" - я имею в виду, прочувствовать по-настоящему - нужно, пожалуй, приходить на этот спектакль в определённом настроении или, по крайней мере, готовым к какофонии как музыкальной, так и сюжетной. "Бунтари" тяжелее, злее, острее и взбалмошнее, чем мой любимый "19.14", и я прекрасно пойму тех, кто эту остроту не оценит. Но про тех людей, про которых рассказывает этот спектакль, нельзя говорить линейно и спокойно, иначе форма вступит с содержанием в диссонанс.
Разница в том, что где в "19.14" были абстрактные немцы и французы с нарочито типичными именами, в конце сливающиеся в единую человеческую массу, сходящую с ума от пережитых трудностей, там в "Бунтарях" - разношерстное море персонифицированных людей. Личностей. И каждое лицо заглядывает тебе в глаза. Это наша история, это про нас. Оттого и звучит так: безумно, лихо, надрывно, до стёртых в танце ног, до сорванных голосов. Искренне. Этот гаражный рок играют на чьём-то обнажённом сердце - вполне возможно, дорогой зритель, что именно на твоём.

P.S. В самом начале Саша (ну Саша ведь!) выбегает танцевать с коллективом спектакля в футболке с портретом Юрия Николаевича Бутусова.
Пройдут годы, и на сцену выбежит другой талантливый парень с портретом Александра Александровича Молочникова на груди. Я знаю.


@темы: Тиятральное, Изображая рецензента, Всем восторг, посоны!, What I've seen

00:11 

"Р. Р. Р."

Быть, а не казаться.
Позавчера ходили с Брисоль на "Р. Р. Р." в театр Моссовета. :heart: Куча мыслей была ещё в воскресенье, а время (ну как время) оформить это всё в пост появилось только сейчас.
Я все три часа думала вот о чём: если объединить мхатовское "Преступление и наказание" с моссоветовским "Р. Р. Р." в один пятичасовой спектакль, то получится самый исчерпывающий анализ самого знаменитого текста Фёдора Михайловича. Где Лев Эренбург читает между строк, вставляя сцены, которые намечены едва заметным пунктиром (Катерина Ивановна омывает Сонечке ноги, Порфирий Петрович лечится от геморроя, Лизавета Ивановна штопает, а Родю буквально вынимают из петли, иллюстрируя "он на висельника похож"), там Юрий Ерёмин точно следует букве текста. Понятное дело, что некоторые вещи урезаны, но общая линейность сохранена. Это не просто спектакль "по мотивам", это действительно хорошая постановка - ровная, гладкая, с великолепной музыкой и прекрасными декорациями. Вполне классическая версия классического романа - но совершенно не скучная.
Петербург - как туманное болото с блуждающими огоньками: шагни и увязнешь, а если не увязнешь - промахнёшься и ухнешь на самое дно сразу. Сцена вращается, крутится, и уже не столько герои выбирают, куда идти, сколько идут в ту сторону, в которую их заносят скрещивающиеся перекрытия мостов. И герои, словно крысы, ютятся под мостами (так сделаны их каморки-гробы); на фоне этого легендарный пассаж про "тварь ли я дрожащая или право имею" приобретает особый колорит.
Где у Эренбурга кровь, пот и вода, у Ерёмина сухость; булькающие воды канала появляются только в самом конце. И нет, кажется, ни единой вещи, решённой в самом говорящем (потому, может, и растиражированном) цвете романа - жёлтом. Зато очень кстати приходятся Чайковский и знаменитая до попсовости "Winter: Lux Aeterna" в обработке Александра Дронова: их утяжелённое звучание неожиданно хорошо попадает в общее настроение, в струю - короче говоря, заходит.
Родион в исполнении Алексея Трофимова не просто исполин на фоне всех остальных персонажей; он показался мне значительно более здоровым, чем в романе, и значительно более трезво анализирующим происходящее. Я, пожалуй, не могу сказать, что вижу его стопроцентно таким, но трофимовский образ мне близок. Отдельный виват, конечно, Виктору Сухорукову: его Порфирий Петрович бойкий как воробей, но с той самой чертой, которая у П. П. едва ли не основополагающая: он может смотреть на Раскольникова сверху вниз даже будучи ниже его. Может так смотреть, потому что он не совершал того, что совершил Раскольников, потому что его совесть чиста. Их с Трофимовым диалоги - это украшение спектакля. Свидригайлов Александра Яцко с неуловимой ноткой ироничности - тоже подарок.
Хороши женские персонажи: милейшая Дуня, хрупкая, но сильная Соня. На их фоне у меня обрисовалось только одно разочарование, но сильное: Катерина Ивановна. Катерина Мармеладова - женщина на грани истерики, её образ неотделим от некоторого болезненного безумия; она такова и у Достоевского, и у Эренбурга, и у Камы Гинкаса в "К. И. из "Преступления". Возможно (скорее всего), я избалована Ксенией Лавровой-Глинкой, но её исполнение Катерины Мармеладовой дважды доводило меня до дрожи. Её Катерина Ивановна - холеричная, чахоточная, совершенно больная, планомерно сходящая с ума от обрушившихся на неё горестей женщина. А уж финальная сцена - та, которая "я и до царя дойду!" - это вообще контрольный в голову. Вот и здесь я малодушно ожидала чего-то в таком же духе. Но местная Катерина Ивановна - полнокровная живая дама, которой совершенно безразличны и Мармеладов, и Соня, и дети. То есть она усиленно пытается выдать обратное, но... я не знаю, почему Нина Дробышева играет её так, и, в любом случае, ей виднее. Но я ни единой её реплике не поверила - хотя, конечно, Пушкина она читает прекрасно, тут уж спору нет.

Но больше всего меня зацепила, конечно, концовка, и это тот самый случай, когда при всей своей простоте она настолько эффектна, что ты сидишь с перехваченным дыханием и думаешь: ух, пробрало. Восхождение Раскольникова на мост - как первые шаги по этапу. А потом Соня - не просто маленькая, крошечная на фоне такого большого Родиона Соня - кладёт ему ладошку на лопатку.
А ты сидишь с ощущением того, что это твоё сердце Соня сейчас держит в ладошке. И вот за это... вот за это "Р. Р. Р." можно простить все недостатки - кажущиеся и нет - какие там только есть.


@темы: What I've seen, Всем восторг, посоны!, Изображая рецензента, Тиятральное

20:10 

Культпост-2015

Быть, а не казаться.
Фильмы:

1-20
21-40
41-60
61-80
81. Хороший динозавр (П. Сон, 2015) :heart:
82. Звёздные войны: Пробуждение силы (Дж. Дж. Абрамс, 2015) :heart:
83. Шпионский мост (С. Спилберг, 2015) :heart:
84. Зодиак (Д. Финчер, 2007)
85. Бёрдмэн (А. Г. Иньярриту, 2014) :heart: пересмотрено
86-89. Пустая корона (Д. Кук, Р. Эйр, Р. Гулд, Т. Шеррок, 2012) :heart:
90. Бесславные ублюдки (К. Тарантино, Э. Рот, 2009) :heart:
91. Мечта Кассандры (В. Аллен, 2007) :heart:
92. День выборов (О. Фомин, 2007) :heart:
93. Завтрак на Плутоне (Н. Джордан, 2005)
94. Сука-любовь (А. Г. Иньярриту, 2000)
95. Вавилон (А. Г. Иньярриту, 2006) :heart:
96. 21 грамм (А. Г. Иньярриту, 2003)
97. Прислуга (Т. Тейлор, 2011) :heart:
98. Дама в очках и с ружьём в автомобиле (Ж. Сфар, 2015)
99. ВАЛЛ-И (Э. Стэнтон, 2008) пересмотрено :heart:
100. Донни Дарко (Р. Келли, 2001)
101. Побег из Шоушенка (Ф. Дарабонт, 1994) :heart:
102. Приключения Паддингтона (П. Кинг, 2014) пересмотрено :heart:
103. Любовник леди Чаттерли (Д. Миркурио, 2015)

Сериалы:

Просмотрено:
1. Over The Garden Wall :heart:
2. The Escape Artist :heart:
3. Американская история ужасов - 4 сезон
4. Прикуп
5. Чёрное зеркало :heart:
6. Больница Никербокер :heart:
7. True Detective - 2nd season :heart:
8. Sirens (2011)
9. Больница Никербокер - 2 сезон :heart: кто так вообще сезон заканчивает, блджд?!
10. Klondike (C. C. Джоунс, 2014) :heart:

В процессе:
Doctor Who - 9th season
American Horror Story: Hotel
Marvel's Jessica Jones

Мероприятия:

1-20
21-39
40-60
61. 28 ноября, "Денискины рассказы", спектакль РАМТ
62. 29 ноября, "Santander. Две новеллы", спектакль МХТ им. Чехова
63. 4 декабря, "Правда - хорошо, а счастье лучше", спектакль МХТ им. Чехова
64. 5 декабря, "Телефон доверия", спектакль МХТ им. Чехова
65. 12 декабря, "Black & Simpson", спектакль театра Практика
66. 18 декабря, "Русский Гамлет", концерт ММДМ
67. 20 декабря, "Убежище №13", квест компании Клаустрофобия
68. 26 декабря, "Ёжик и Медвежонок", спектакль театра Практика
69. 26 декабря, "Конёк-горбунок", спектакль МХТ им. Чехова
70. 27 декабря, "Р. Р. Р.", спектакль Театра им. Моссовета
71. "Бунтари", спектакль МХТ им. Чехова
запись создана: 02.01.2015 в 21:52

@темы: What I've seen, Кино-воображариум, Сериализм, Тиятральное

20:57 

"Black & Simpson"

Быть, а не казаться.
Видимо, чтоб стать светлее и чище,
Нам нужно пройти по горящим углям.


Если бы я была клёвой тётенькой, зарабатывающей на хлеб с маслом написанием театральных рецензий, эту бы я озаглавила так: написано жизнью. Немного пафосно, не без этого, но с максимальным отражением того, кто был создателем невозможной истории, лёгшей в основу спектакля Казимира Лиске.
Кинематограф, литература и театр - искусство, где даже в документалистике есть какой-то элемент художественного вымысла. Как бы нас ни трогал сюжет, ни на секунду не получается забыть о том, что это придумано; да, искусство преподаёт какой-то урок, да, оно что-то говорит о нас и нашей жизни, но оно в любом случае остаётся продуктом человеческого творчества, которое как минимум систематизировало всё так, как систематизировало. И про "Black & Simpson" тоже можно сказать: придумано. Справедливости ради, спектакль, особенно во второй своей половине, действительно немножко лукавит, из документальной сферы перемещаясь в художественную - игра света вместе с голосами Дмитрия Брусникина и Антона Кузнецова превращается во что-то почти гипнотическое - но я, впрочем, забегаю вперёд.
Из придуманного в "Black & Simpson" только оформление. И это - самое удивительное. В истории, которая просто не могла произойти, нет ни капли вымысла.
Гектор Блэк - человек, который пережил самое страшное. Айван Симпсон - человек, который сотворил самое страшное. Точкой пересечения их жизненных траекторий стала трагедия, которая должна была отбросить их обоих так далеко друг от друга, как это только возможно. Но...
"Помоги мне найти способ простить тебя" - зачем-то просит Гектор. И подписывается: отец, чьё сердце разбито. А Айван, которому очень страшно, которому нужно освободить себя настоящего, зачем-то откликается на зов - с опаской, с поджатым, как у виноватого зверя, хвостом: "Здравствуйте, уважаемая семья мистера Гектора Блэк..."
...пройдут года. Дорога с целью переработки боли будет очень трудной. Переписка потеряет исповедальный характер и приобретёт глубоко дружественный, на строчках появятся смайлики, а 88-летний Гектор с простодушием признается: компьютеры меня так удивляют! А за несколько лет до этого Айван, большой ребёнок, спросит: Гектор, а как растёт клубника? На деревьях или прямо на земле? Одно письмо, второе, третье. Отец жертвы и убийца - просто вдумайтесь! - открываются друг другу до такой степени, и ни в одном из их писем нет ненависти. "Мы не ненавидим тебя" - пишет Гектор в самом первом своём сообщении. "Мы ненавидим то, что ты сделал". А ведь в этом, по сути, лежит такая колоссальная разница, о которой мы все забываем! Мы разучились прощать. "Black & Simpson" напоминает, как это нужно делать, и после этого спектакля все твои обиды кажутся страшно мелочными. Вернее, не просто кажутся; так и есть. Отец простил убийцу своего ребёнка, что вообще может быть страшнее этого повода? Вся твоя иссушающая злоба в сравнении с этим просто смешна.
"Black & Simpson" вчера не единожды напомнил мне о нежно любимой мной "Голгофе" Джона Майкла МакДонаха. Её концовка - заливающаяся слезами дочь перед лицом убийцы - очень созвучна спектаклю Лиске. С той только разницей, что здесь, со звенящим от напряжения, боли и гнева голосом, перед убийцей сидит отец.
Дмитрий Владимирович в самом начале говорил о том, что Казимир читал письма из конца в начало, и именно поэтому спектакль катится по такой колее. Это логично не только потому, что при такой постановке у спектакля есть сильное и чётко оформленное завершение; так действительно очень многое встаёт на место, и пропасть между дружелюбным разговором о саде и Боге и отчаянным жестом сломанных людей становится огромной, высекая из глаз искры. По силе воздействия "Black & Simpson" похож на прямой массаж сердца: мне кажется, он способен расшевелить даже камень. Это, пожалуй, один из самых религиозных спектаклей на моей памяти, не акцентирующий внимание на религии, но препарирующий прощение и веру. Гектор прощает Айвана; Айван прощает Айвана и через это прощение приходит к Богу. Волшебство веры именно в этом - в отсутствии постов, ритуалов и денежных взносов. В наличии глубинной сути подлинного человеколюбия. Потому что человеколюбие, родившееся из истории такого убийства, может быть только подлинным - как со стороны Гектора, так и со стороны Айвана.

Разделённая пополам вертикальной доской скамейка, на которой сидят герои, похожа на перевёрнутый крест. И герои находятся на горизонтали, которая означает любовь к ближнему. Это - вообще всё, что исчерпывает данный спектакль.
Бог есть любовь, не забывайте.


@темы: What I've seen, Изображая рецензента, Тиятральное

23:47 

"Правда - хорошо, а счастье лучше"

Быть, а не казаться.
На ВДНХ раньше был такой павильон под названием "Круговая панорама", совершенно прелестный в своей советской наивности аттракцион, в котором показывали что-то про природу. "Правда - хорошо, а счастье лучше", едва ты входишь в зал, моментально извлекает память об этой панораме из недр мозга: диорама с видами средней полосы России (разбитая дорога лихо уходит в закат), лужайка с вольно повылезшими на ней цветами и травами (хоть сейчас беги, падай в неё и смотри в небо, раскинув руки) и яблоня, увешанная яблоками. Фруктовая аллегория к девичьей молодости. Яблок в спектакле, точно по букве оригинального текста, будет действительно много - и буквально, и метафорически. Так много, что если закрыть глаза, можно учуять яблоневый цвет и услышать на зубах кисло-сладкий хруст.
Этот спектакль не оценит только тот, у кого нет чувства юмора и кто будет ожидать Островского, не допускающего никаких дополнений - то есть прямую как линейка классическую постановку. Все остальные его обязательно поймут и полюбят, потому что Александр Огарёв создал русскую сказку, ту самую, в которой существует не только намёк, но подчас и вполне чётко высказанный постулат. Здесь есть и лужайка, которая во втором действии раскинется на полу словно чудо-юдо рыба-кит, и персонажи, находящиеся вне времени, каждый со своей собственной комичностью (чего стоит один только Мухояров - карикатурный, но уютнейший вредитель из разряда шакалов Табаки и Молчалиных), и вполне сказочная мораль, которую очень хочется спроецировать на реальность. Самое же удивительное то, что при всей сказочности и очевидном обилии добавленных деталей и нюансов сам Островский остаётся совершенно нетронутым (слово в слово!), а всё добавленное ловко встраивается в текст. Крайне органично смотрится четверостишие, сочиняемое Платоном ("На гроб юноши". А вам читать да слезы проливать. Будет, маменька, слез тут ваших много, много будет), а про прекрасный диалог "- Я патриот! - Ты идиот!" и вовсе говорить нечего. Островский всё-таки неотделим от политики, и Огарёв это подчёркивает: любовь к своей стране приравнивается к идиотизму (и я сейчас именно про любовь, не про розовые/чёрные очки махровых оптимистов/русофобов), а косоворотка на Платоне подозрительно похожа на смирительную рубашку. И смех, и грех.
А потом по телевизору в третьем действии показывают не что-то абстрактное, а "Лебединое озеро". "Лебединое озеро"! Это же государственный переворот в царстве Мавры Тарасовны! На мой взгляд, один из лучших моментов спектакля.
Герои пьесы из просто героев становятся мифическими персонажами нашей с вами жизни: у садовника есть спортивный костюм (а также лапти и проблема с регистрацией), инфантильный купец-отец спускает деньги на развлечения, а потом восстанавливает душевное равновесие йогой, его дочь восстаёт против семейной тирании в стиле панк, с потёкшей тушью, рваными колготками и синими и зелёными перьями в волосах. Надо сказать, что Александр Огарёв не только собрал для этих героев плеяду восхитительных артистов, но и нашёл каждому более чем достойное место в спектакле. Тут про каждую роль можно написать магистерскую диссертацию, не меньше. Взять хотя бы ту же самую Поликсену: Наталья Кудряшова играет её как Гамлета по социотипу, с трагичными интонациями и драматичными позами, и Тень отца Гамлета по Шекспиру - и получается очень любопытно. А ещё она изучает лицо Платона будто слепая, и мне хочется рассматривать этот момент как реверанс в сторону Нафсет Чениб и её волшебного голоса. Хотя, конечно, любое искусство хорошо именно тем, что любой зритель рассматривает его через свою собственную призму, находя особенные для себя самого акценты, и в этом я не исключение.
Отдельных аплодисментов достойны все: Алла Покровская, чья деятельная умница Филицата не может не восхищать и умилять одновременно, царственная и холодная Ольга Яковлева, крайне эмоционально разбивающая эту маску, харизматичный Авангард Леонтьев. Их дуэт, конечно, чрезвычайно хорош: живая сила сталкивается с упрямой косностью и побеждает. Это - торжество гибкости, бумага, которая обыграла камень. Эдуард Чекмазов демонстрирует не только выдающееся комедийное дарование, но и отличную физическую подготовку, Владимир Тимофеев и Александр Усов вторят ему очень колоритно, очень... с удовольствием. А семейство Зыбкиных в лице Янины Колесниченко и Артёма Волобуева очаровательно настолько, насколько это вообще возможно, и даже, кажется, ещё сильнее. Платоша, который то неправильный рыцарь, то ломающаяся девица, то просто прямолинейный мальчик, за которого болит сердце - цунами теплоты и сопереживания.

В "Правда - хорошо, а счастье лучше" есть правда о том законе мира, по которому мы, увы, живём: иногда тебя может спасти только счастливый случай, и если бы не он, вовремя подвернувшийся на колее жизни, твоя честность осталась бы невостребованной. Это - червоточинка в яблоке, но, как известно, если она есть, значит, плод вкусный. Червяк не дурак.
Так вот, исходя из этого сравнения, "Правда - хорошо, а счастье лучше" - очень, очень вкусное яблоко. Хрустите на здоровье: обещаю, не пожалеете.

@темы: Тиятральное, Изображая рецензента, Всем восторг, посоны!, What I've seen

22:44 

"Santander. Две новеллы"

Быть, а не казаться.
У молодой мхатовской режиссуры появилось ещё одно лицо: в один ряд к Александру Молочникову добавился Михаил Рахлин, причём, судя по последним событиям в театре, получивший карт бланш на постановки. И если это так, то это замечательно: дебютный "Santander. Две новеллы" - выше всяких похвал.
В ревью на "Удивительное путешествие кролика Эдварда" я говорила о том, что это спектакль, показывающий всё, чем театр может удивить ребёнка. Так вот "Santander" со всеми его хитрыми поворотами оформления делает практически то же самое в отношении взрослых. Это чрезвычайно стильный спектакль. Он не то чтобы красив и эстетически выверен, хотя и не без этого, но безукоризненный вкус тут чувствуется во всём - и в незамысловатости реквизита, который хорошо сочетается как с пустотой тюремной камеры, так и с пустотой квартир в стиле хай-тек, которые, по сути, тоже ни что иное как камеры, и в деталях костюмов, и в игре актёров, и даже в том, как связаны между собой две такие непохожие (и такие одинаковые) новеллы. Просто, но до чего изящно, до чего в точку! И я не столько про географическое объединение, сколько про ловкий ход с ютубом; здесь можно было бы ввернуть пассаж про то, что чужие страдания всегда были, есть и будут поводом понаблюдать за ними с коробкой попкорна, но я не буду - и так очевидно.
Михаил Рахлин, играющий радикального Жака в "19.14", многие нотки спектакля Александра Молочникова уловил и пронёс: тут снова будет и Софья Райзман в сцене с ванной и шампанским, и "вы не еврей? Просто очень похожи!" в новелле "Кликни здесь". Задиристый дух "19.14", неуловимо перескакивающий из комедии в драму, витает над Сантандером вполне явственно. Здесь опять есть и некая условная театральность происходящего, особенно хорошо заметная в "Тёмном камне" (порой тут и вовсе театр внутри театра, поэтому к месту даже манера игры Наташи Швец; её лучшие роли - определённо роли Новой сцены этого сезона: в "Замке" Андреаса Мерц-Райкова и здесь, у Михаила Рахлина), и ужас войны, демонстрируемый через комичность. При этом я не могу сказать, что сам "Тёмный камень" с литературной точки зрения представляет собой что-то экстраординарное, местами он вообще может показаться излишне патетичным. Но это, однако, уместно. Да и, к тому же, "Тёмный камень" не скатывается в "и он взошёл на эшафот, как на сцену, высоко подняв голову", хотя искушение сказать об этом имеется.
Впрочем, "Тёмный камень" - это, на мой взгляд, в первую очередь плацдарм для более мощного и более понятного современному зрителю "Кликни здесь". Проблематика "Кликни здесь" ультрасовременна, да и сама пьеса - великолепный пример того, что людей по всему миру волнуют одни и те же вопросы. Она очень созвучна недавнему "Убрать из друзей" Левана Габриадзе; ещё можно было бы провести параллель с "Дураком" Юрия Быкова, но не знаю, нужно ли: с одной стороны, "Дурак" был про людей, которые не хотели быть спасёнными, и здесь Хавьер тоже не хотел спасаться, но если Никитину сочувствуешь, то вот Диего и Терезе, мягко говоря, не очень. За громкими словами, которые они произносят и которые удачно перекрываются то караоке, то фоном интервью, нет ничего, кроме пустоты. Такой... политически бесконечной.
На этом моменте две новеллы вступают в забавный диссонанс: "Тёмный камень" - про то, что о каждом человеке должен помнить хоть кто-то, про свидетельства его существования; "Кликни здесь" же - о вещах, которым было бы лучше кануть в Лету.
Ещё я не уверена, что второй новелле, а значит, и всему спектаклю в целом нужна была концовка в стиле "в общем, все умерли": на мой взгляд, она очень упростила происходящее, которое сворачивалось в очень интересные круги. Но это, в сущности, такая мелочь на фоне остальных снайперски точно схваченных нюансов вроде инфантильной Hello Kitty и красных туфель на шпильке как атрибутов девочки Рут или возгласов "лайк, репост, котики, лайк, лук-лучок", что на неё легко закрываются глаза.
А в целом "Santander. Две новеллы" - прекрасная работа. Как и всё талантливое - чистое удовольствие, да и только. Обязательно вернусь.


@темы: Тиятральное, Изображая рецензента, What I've seen

22:46 

"Денискины рассказы"

Быть, а не казаться.
Любопытно вышло - два детских спектакля на одной неделе. Взрослым иногда нужно смотреть что-то детское, я настаиваю.
Рецепт "Денискиных рассказов" в РАМТе: возьмите всё самое лучшее, что есть в любимых каждым ребёнком рассказах Виктора Драгунского, замешайте это на теплоте и красках, добавьте вишенку атмосферной музыки и эффектно решённого поклона, а потом разлейте по двум отделениям и подавайте. Скучно не будет никому: дети, сидящие вокруг вас, обязательно радостно сообщат вам и вашим соседям, что следующий эпизод будет про манную кашу и милиционера, а взрослые оценят ностальгическую нотку всего происходящего. Это очень смешной, светлый, лёгкий и невероятно добрый спектакль, оставляющий со счастливой улыбкой на лице. После него хочется вприпрыжку бежать во двор, чтобы строить ракету и играть в классики; в нём есть что-то такое трогательное, сентиментальность пастельных тонов без излишнего сахара, что чрезвычайно умиляет. Разноцветные планеты и кометы и чёрно-белые декорации квартиры и класса, детали ракеты, словно перекочевавшие из "Приключений Электроника" и всё то, с чем ассоциируются шестидесятые годы прошлого века: пышные юбки и яркие пояса у женщин, колоритные усы у мужчин, синие гимнастёрки и плиссированные юбки с гольфами. Я родилась после распада СССР, но могу сказать, что дух эпохи в "Денискиных рассказах" угадывается безукоризненно - спасибо прекрасному оформлению Ольги Васильевой и ужасно славной игре артистов (именно славной!).
Рустем Фесак поставил спектакль, отлично понимая, для кого он его делает: Драгунский ничем не усложнён, и нет никаких поводов выискивать дополнительные смыслы. Ты просто с самого начала понимаешь, что в ближайшие два часа нет ничего более замечательного и важного, чем приключения Дениски Кораблёва и его друзей, у которых в жизни, оказывается, происходит так много интересного. С другой стороны, подбор рассказов, выбранных для постановки, как мне кажется, оставляет простор для беседы с ребёнком после спектакля - чего стоит, например, одна Марья Петровна в блестящем исполнении Рамили Искандер, хорошо показывающей, какой быть не надо. И это очень здорово, потому что с детьми действительно нужно говорить, а Драгунский - отличная платформа для подведения к чему-то серьёзному. Надеюсь, не нужно объяснять, почему: тайное всегда становится явным, за свои поступки надо отвечать, а будущим космонавтам нужно хорошо учиться и не менее хорошо питаться. Взрослые же обязательно вынесут для себя, что детям ни в коем случае нельзя лгать (если по какой-то причине не вынесли для себя этого ранее).
В итоге все в плюсе - и родители, и дети.
И всё ещё хочется строить ракету.


@темы: Тиятральное, Изображая рецензента, What I've seen

22:55 

"Удивительное путешествие кролика Эдварда"

Быть, а не казаться.
Мне было 20 (без месяца), и я рыдала над этим спектаклем. Мне было 21 (без двух дней), и я рыдала над этим спектаклем. И у меня есть стойкое ощущение, что мне будет 30, 40, 50, 60, n-цать - сколько там отпущено небесной канцелярией - а я буду снова и снова размазывать по щекам тушь и считать про себя до десяти, чтобы прошёл комок в горле, встающий при одном только воспоминании об этой истории. Потому что сердце от неё трещит по швам, разбиваясь на 21 кусок (и даже больше) - но если верить Кейт ДиКамилло, только такая жизнь и есть настоящая, а оснований не верить ей у меня нет.
Любая история должна найти своего режиссёра. "Удивительному путешествию..." очень повезло: они с чудесным Глебом Черепановым нашли друг друга, и в результате все мы имеем счастье окунуться в прекрасную постановку прекрасной книги. "Удивительное путешествие кролика Эдварда", в первую очередь, конечно, складно и интересно сделанный аттракцион для малышей: ребёнку ненавязчиво покажут всё, чем в нежном возрасте способен удивить театр. Будет интерактив с нулевым рядом, и театр теней, и песни, и танцы, и видеопроекции, и завораживающие в своей простоте и одновременно нескучности художественные решения многих сцен. Будет красивый и модный кролик, который разговаривает уморительным голоском и которого трогательно любит его маленькая хозяйка; будет волшебная музыка Олега Васенина, которая и не музыка совсем, а сахар вперемешку с истёртым в пыль стеклом, так от неё больно и сладко; будет много поводов для смеха...
...а потом, в какой-то момент, наступит перекос. Качели подбросит один раз, но под тяжестью веселья они снова вернутся назад: страшная сказка, которую рассказывает Пелегрина, не способна напугать по-настоящему, её печальный конец тает, как тают тени, если включить много света. Качели подбросит второй раз, и они снова вернутся, но уже менее уверенно: что-то кольнёт, когда Нелли расскажет тебе о своих детях, и ты не сразу оттолкнёшься ногами от земли, чтобы подпрыгнуть ещё раз. Качели подбросит третий раз: это Сара-Рут, девочка с телом, нарисованным на простыне, запустит маленькие пальчики в кроличью шерсть. Качели подбросит четвёртый раз: это Брайс, мальчик, который так любил кролика, что отказался от него, лишь бы тот жил, исчезнет за кулисами.
И когда качели подбросит четвёртый раз, они останутся на стороне ласковой светлой печали, от которой тепло щемит внутри. И ты останешься вместе с ними.
Когда тебе мало лет, сложно понять что-то о мире. И жизнь, и смерть, и любовь - абстракция: это очень хорошо показывает Марина Станиславовна Брусникина в своих "Кругах чтения" и "Письмовнике", когда просит малышей объяснить то или иное слово. Любовь - это когда любишь. Жизнь - это когда живёшь. Ясно и просто, так просто, как уже не будет в сознательной жизни.
Когда тебе мало лет, сложно понять что-то о потерях. Вот сломанная машинка - с ней всё ясно, и ты заливаешься слезами; вот умерший человек - и в голове не укладывается, что он ушёл. Совсем ушёл, я имею в виду. В детстве мы ещё не приспособлены к осознанию таких вещей, не работает тот механизм, который за это отвечает. Но Кейт ДиКамилло вместе с Глебом Черепановым отважно и спокойно говорят о любви, смерти и боли, и хотя в совсем маленьких детях осознания не возникает, какое-то зёрнышко уже положено внутрь. Зёрнышко, которое сделает подрастающее поколение более человечным. Я в это верю.
Зачем нужно создавать такие вещи и, более того, читать и смотреть их? Да вот именно затем и нужно. Чтобы быть человеком. И в возрасте тоже. Может быть, в возрасте даже нужнее.

Я не шучу, я набираю этот текст, и у меня опять мокрые глаза - в ушах стоит что-то про то, что ни Сара-Рут, ни Брайс не должны уходить. Но я знаю, что ещё не раз приду на этот спектакль. Опять буду целый год собираться с духом и опять выйду из зала с разбитым сердцем.
Но выйду живой, невероятно живой.



@темы: Тиятральное, Изображая рецензента, What I've seen

01:03 

Тиятральное

Быть, а не казаться.
О новейших театральных впечатлениях последних недель.

"Год, когда я не родился"
До чего я люблю идти на спектакль, ничего (положительного) от него не ожидая, и на выходе чувствовать, как тебе хорошо после него. Если вспомнить, что я две недели назад писала о богомоловских "Мушкетёрах", можно понять, отчего в прошлую субботу я была полна скепсиса; но это - совсем другая вещь с иной тональностью и второй после "Юбилея ювелира" его спектакль, который мне понравился от и до. Для сравнения: после "Идеального мужа" на осознание того, что я не против посмотреть это во второй раз, у меня ушло полтора года. После "Года, когда я не родился" - полторы минуты.
"Год, когда я не родился" по "Гнезду глухаря" Виктора Розова - спектакль, который можно назвать "Богомоловым для самых маленьких". Почему?

"Письмовник"
Марина Станиславовна Брусникина в очередной раз упрочняет моё понимание того, за что я безумно люблю её и её спектакли. Вещи, которые являются откровенно непостановочными (вот та же "Деревня дураков", чего далеко за примером ходить), она ставит - и так, что это превращается в какое-то откровение, почти библейское, может быть.
Тяжело говорить о "Письмовнике". Тяжело говорить о спектакле, который лёгок как вдох, как первый снег, и тяжёл как метель и выдох, который должен был случиться, но не смог. Тяжело говорить, потому что любые слова застревают в горле комом, сколь бы избито это ни звучало. Я сегодня не рыдала; мы с Фадё просто три часа тихонечко вытирали глаза, потому что души из нас вынули, а обратно положить забыли. Просто вытолкнули потом в жизнь - осмыслять.
Я не покривлю душой, если скажу, что ищу в театре именно это. Суперпронзительное, душувынимающее и наместонекладущее.
"Письмовник" начисто лишён вопросов "где" и "когда". Он - вне времени и пространства, вне прошлого и настоящего, потому что вне каких-либо пределов и рамок лежат вещи, о которых он говорит: смерть, жизнь и любовь. По ходу действия пройдутся и по отношениям кровных родственников, и по трудностям в семье, и о природе измены скажут, и о том, как нас разделяет война, но краеугольный камень останется неизменным. Это, на самом деле, очень женский спектакль, и дело не в лиричности текста (монологи Володи вполне по-мужски жёстки); он просто дышит, как женщина, и в этом его красота и одновременно слабость: женщины в "Письмовнике" таковы, какими их видит мужчина, и чувствуют они так, как должны чувствовать по представлению мужчины. Но это не плохо, отнюдь, даже по-своему трогательно, хотя и спорно в каких-то моментах.
"Письмовник" - вещь для тех, кто что-то пережил, что-то пронёс и что-то потерял. К увиденному неизменно примешивается призма собственного опыта, которая окрашивает чёрно-белый спектакль в разные цвета (кстати о них - отличные цветовые решения для главных героев: небесно-голубое мечтательное платье Саши и Володя, человек цвета хаки). Для меня лично он стал не только историей о жизни - из жизни - но и индульгенцией всему тому, что я пишу и когда-либо напишу. Потому что молчание губительно. И потому что чужих писем не бывает, потому что их нужно читать - ведь пока кто-то читает письмо, жив тот, кто его написал. Жив и любим. И все три часа тебе напоминают: пиши любимым письма, пожалуйста, пиши. И звони им. И скажи, что любишь - вот прямо сейчас скажи, у тебя не будет другой возможности. От этого сердце щемит, как во сне.
Многое накладывается: "Волхв" Джона Фаулза с его Алисон, спрашивающей, выдержит ли Николас эту тяжкую ношу - жить с той, что любит его, и Мацуо Монро, который учит своего героя умирать, чтобы научиться жить. В голове картинка собирается не сразу; в сердце она уже собралась. Прекрасные Яна Гладких с Александром Голубевым, Дмитрий Брусникин, Юлия Чебакова и Янина Колесниченко (крик "где мой сын?" - до дрожи, до прижатой ко рту ладони) вместе с детишками транслируют её внутрь тебя.

...на единственной двери - замазанная чёрным надпись: "....ый ход". Что это за -ый - верный ход, единственный ход, чёрный ход - каждый решает для себя сам.


@темы: What I've seen, Изображая рецензента, Тиятральное

21:13 

"Мушкетёры. Сага. Часть первая"

Быть, а не казаться.
Гм. Когда ещё, как не в Хэллоуин, было смотреть это?
Всё началось с того, что во вторник на прогон сходила Маша и сказала, что в этот раз Богомолов курил нечто особенно забористое. Вчера папа посмотрел сюжет про "Мушкетёров" и сказал что-то вроде "г-споди, вы с мамой идёте на какую-то жесть". Я морально готовила себя к адову аду, но нет, всё не так плохо, как я предполагала, хотя ощущения у меня очень смазанные.
Богомолов - не мой режиссёр. Я очень его уважаю, я им восхищаюсь, но то, что он делает, я никогда не назову своим на сто процентов. Моя проблема в его отношении - это тот факт, что идя на постановку Богомолова, я попадаю не на Пушкина, не на Уайльда, не на Дюма, а на Богомолова. На его текст, на его всё. С таким же успехом он мог бы половину своих спектаклей пускать как оригинальные - какая разница, если в сочинённой им пьесе от персонажей обычно остаются одни имена, а от оригинального сюжета - кое-где сохранённая канва? С другой стороны, может, в создании таких альтернативных вселенных есть какой-то комиксовый смысл, просто я его ещё не уловила.
Сделаю коротенькую ремарку. На июньской "Ночи поэзии" Богомолов во втором отделении читал стихи собственного сочинения. Это было очень странно, а в его исполнении - странно вдвойне. Странно не потому, что плохо, а потому, что вроде бы хорошо, но чуждо, сложно, серо и отчётливо веет канализацией.
Так вот сегодня у меня было ощущение, что я без малого пять часов смотрю, как Константин Юрьевич читает свои стихи.
Рассказывать про сюжет - начинание заведомо гиблое; примерно как пересказывание первой серии "Американской истории ужасов: Отель", оно может вызвать только недоумение и фразу "погоди, не уверен, что хочу слушать дальше". Микс из Дюма, "Иронии судьбы", "Малыша и Карлсона", Джастина Бибера, Достоевского, "Шабаша", мифов (с сопутствующей фаллической символикой) и стёба над вполне реальными чертами актёров, играющих в этом спектакле (Верник, пародирующий Миркурбанова, и Бурковский, ехидно проходящийся по "вот поэтому он может играть драму, а ты нет"). Тонко проезжаются по артисту Мастерской Козлова Евгению Перевалову, который играл князя Мышкина и в чьём Д'Артаньяне-Артаняне-Малыше безошибочно угадываются мышкинские интонации. Здесь мимоходом зацепят даже Андрюшу Звягинцева - потому что могут. Герои произносят умопомрачительно пафосные диалоги и монологи с умопомрачительно серьёзными лицами, но тех, кому эта умопомрачительная серьёзность действительно идёт, в пространстве спектакля немного: Виктор Вержбицкий, Игорь Миркурбанов, Марина Зудина (особенно во втором и третьем действии) и (сейчас вылетит птичка) Павел Табаков. Вот эти четверо, да ещё Ирина Мирошниченко, которая удивительно хорошо вписалась в традиционную богомоловскую команду, стоят, по большому счёту, всего остального. Традиционно волшебны Сергей Чонишвили и Роза Хайруллина, но их не то чтобы очень много - а жаль.
Но основной, на мой взгляд, недостаток "Мушкетёров" даже не в этом (то есть не в солирующем Константине Юрьевиче, пустившемся во все тяжкие своих размышлений). Он очень неровный: за моментами без сарказма претендующих на гениальность идей и метафор следует пустота и шелуха, причём шелуха достаточно низкопробная; допускаю, что в этом тоже есть определённый режиссёрский умысел (с мастером уровня Богомолова не может быть по-другому), но выглядит это своеобразно. И за этой неровностью особенно сильно ощущается отсутствие единой линии. В "Событии" была показана история того, как в ожидании маленького события люди проглядели фашизм; "Юбилей ювелира" характеризуется идеей о том, что смерть - это не страшно, а "Идеальный муж" - злобная сатира на происходящее в российском обществе, эдакое кривое зеркало. В "Мушкетёрах" же я при всём желании не могу выделить такую связующую нить.
Жанр определён как "романтический трэш-эпос о любви и смерти", но главное слово здесь, разумеется, "трэш", а жанровую принадлежность вообще сложно идентифицировать. Не комедия, не драма, не фарс; это как с Гришковцом, когда впору придумывать какой-то несуществующий -изм. С любовью и смертью тоже проблема: в недавних рыжаковских "Иллюзиях" два часа говорят о любви, не обнуляя её, а вот в "Мушкетёрах" происходит как раз та самая вещь, которая случается с многократно повторённым словом - оно теряет смысл. Этот спектакль перенасыщен понятиями любви и смерти, перетекающими друг в друга и описанными сложносочинёнными сравнениями. Мама высказала интересную мысль: что если это способ показать обыденность двух этих тем для нас? Гибель уже давно никого не удивляет, не проходит и дня, чтобы в новостях не показали чью-то смерть, а слово "люблю" много лет назад стало разменной монетой. Эта мысль многое бы объяснила, на самом деле, но...

...но вчера мы говорили о "Мушкетёрах" с мамой, сегодня - с Машей, и я пришла к следующему выводу.
"Мушкетёры" вполне могут претендовать на ту же нишу в театральной сфере, какую в сфере художественной занимал Павел Жерданович. То есть, знаете, чтобы восхищённые критики и зрители выискивали глубокие смыслы, сравнивали с великими творцами прошлого века, изумлялись и пели восторженные оды, не понимая, что никакого оформленного смысла там нет, что это было создано в насмешку. В насмешку над ними, чтобы показать всю несостоятельность искусства. С учётом презрения к зрительному залу, о котором Богомолов регулярно говорит, это было бы вполне логично.
Но если будет вторая часть спектакля (а есть основания догадываться, что будет), я пойду просто чтобы посмотреть, чем всё это закончится.
Такие дела.


@темы: What I've seen, Тиятральное, Изображая рецензента

22:51 

"Макбет. Кино"

Быть, а не казаться.
В Москве были двухдневные гастроли бутусовского "Макбет. Кино", так что, разумеется, вопрос "идти-не идти" в моём случае не стоял.

Есть режиссёры, у которых фирменный почерк чувствуется в атмосфере: Марина Брусникина, Кирилл Серебренников, Сергей Женовач. У них нет (во всяком случае, я не нашла) приёмов, на которых они спекулируют из спектакля в спектакль, зато чувствуется что-то такое в воздухе, в выборе материала - не столько в том, как о нём говорят со зрителем, сколько в том, каков этот материал. А есть режиссёры, у которых помимо этого есть фишечки именно сугубо художественных решений. Назову два имени, которые у всех на слуху - Константин Богомолов и Юрий Бутусов. Но про Богомолова я напишу в субботу, а вот сейчас - Юрий Николаевич тайм.
Поломанные куклы, тележка, потёкший грим, идея происходящего как страшного сна - в любом другом случае я бы сказала, что это сошло бы за самоцитирование, но нет. В среду уже в первой части спектакля у меня что-то щёлкнуло и понимание того, что же такое для меня Бутусов, наконец оформилось. Бутусов - тест Роршаха в театре. Смысл на грани между кошмаром и пробуждением. Чёрно-белые пятна, в которых каждый выискивает какой-то свой подсознательный, интуитивный образ. Вот и здесь... это, разумеется, история проваленного испытания властью и гибели, но в каждой мизансцене нет-нет, а проскальзывает какой-то дополнительный контур. Иногда косметический, иногда - космический.
Справедливости ради: в этой версии "Макбета" объективно полно недостатков (начиная тем, что его вполне можно сократить процентов на 25 без потери смысла, и заканчивая тем, что в пятичасовом спектакле всё равно умудрились скомкать концовку), но она настолько притягательна и так чётко доносит всё то, что хочет сказать, что недостатки можно простить.
"Макбет. Кино" сделан страстно и страшно, а смотрится удивительно легко - наверное, потому, что он брызжет динамикой через край (кроме, пожалуй, последнего действия, которое вообще сильно выбивается из всех остальных). Я не заметила этих пяти часов, и каждый антракт оказывался для меня потрясением: как, уже? Такой живой, дерзкий спектакль следовало бы ставить кому-то молодому и наглому, но Бутусов не был бы Бутусовым, поверни он в этой истории хоть что-то в направлении, отличном от показанного. Его "Макбет" - тонкий, почти изящный каркас, которому приходится ворочать грузное и грязное тело, ряженое в лохмотья. У спектакля нет цели шокировать, но есть цель продемонстрировать разочарование. Поэтому Юрий Николаевич позволяет себе и ливень из покрышек, и шотландский пир в костюмах животных, и школу номер 1, и Цоя, и Джексона, и затягивание сцен почти до неприличия.
А если уж начистоту, то спектакль следовало бы назвать "Леди Макбет. Кино", потому что она здесь очевидно главная (а уж после того, как на поклоне Бутусов вёл Лауру Пицхелаури за руку, вообще всем сомнениям следовало бы отпасть). Сам Макбет тут не просто не является центральным персонажем, а вполне сознательно оттеснён куда-то в тень. Как и в последнем "Безумном Максе", всем рулит женщина. Макбет выходит на передний план в конце, разукрашенный, как Джокер, жениной помадой, но даже при таком раскладе спектакль завершает всё равно леди. И мне очень нравится то, что Бутусов сделал её отчасти ведьмой (практически все сцены с ведьмами - это ещё и сцены с леди Макбет), и то, что в третьем действии она буквально выступает кукловодом, а Дункан (Дункан!!!) - марионеткой. Возможно, это излишне буквальные метафоры, но работают они на отлично. А ещё за Бутусовым здесь вполне отчётливо слышен Шекспир: и призрак Банко, и куча веток, которые персонажи ломают в течение всего спектакля, и многое другое. Шекспир одет в странные, дикие, сумасшедшие декорации, но это почему-то работает.
И здесь роскошные, роскошные супруги Макбет и Дункан, все эти пять часов зафиксированы на отношениях внутри их треугольника. И если так подумать, то количество совместных сцен леди и Дункана наводит на вполне определённые мысли; и я не про лямур тужур, к слову, а про глубочайшее потрясение, испытываемое леди Макбет и сведшее её с ума. Всё это - сплошные угрызения совести, растянутые во времени.
Ох. Очень хороший спектакль.


@темы: What I've seen, Всем восторг, посоны!, Тиятральное

00:02 

"Самоубийца"

Быть, а не казаться.
Не могла не, ибо давно пора, а шорт-лист "Звезды театрала" в этом году намекнул ещё сильнее.
Так вот. Всем хорош "Самоубийца" - всем, кроме последних семи-десяти минут.

"Самоубийца" - потрясающе смешной, несущий в себе что-то бесспорно булгаковское спектакль. Это ладно скроенная и крепко сшитая трагикомедия: с умным юмором, забавной мудростью, талантливыми актёрскими работами и весьма колоритным материалом самим по себе. В какие-то моменты и в текст, и в постановку глядишься как в зеркало, потому что показанные людские... нет, не пороки; пороки - слишком негативное слово, а обитатели местной коммуналки (и я не столько про жильё, сколько про общество) безобидны, в общем-то, как зверушки, и едва ли злы. Так вот, показанные людские черты - интернациональные, унисексуальные - это идеально чёткое попадание в саму сущность гомо сапиенса. Мы грызёмся - опять же, довольно беззлобно, как пара брешущих собак - из-за ливерной колбасы, мы ищем себе идею, за которую можно умереть, а потом понимаем, что отчаянно хотим жить. Совершенно блистательный эпизод связан с мечтой Подсекальникова о том, как он будет зарабатывать на жизнь концертами. Не знаю, кому как, а вот я увидела в нём даже не гиперболизацию, а более чем буквальное прочтение того, как всего один маленький шаг на пути к мечте вселяет в нас уверенность, что вместе с этим шагом мы уже сделали весь возможный максимум для исполнения желания и результат вот-вот свалится нам в руки.
Зеркало, я же говорю.
"Самоубийца" напоминает мне старую, эдак середины прошлого века, книгу, взятую в библиотеке - пахнущую пылью, с растрёпанными краями и формуляром на форзаце. По обшарпанным страницам тут бродят карикатурные персонажи (правда, иногда очень яркие) и делают карикатурные вещи. Эта история - гимн инфантилизму; гимн не оправдывающий, немного иной, чем у Эрленда Лу, например, но достаточно очевидный. Впрочем, не настолько, чтобы чувствовать себя так, будто в инфантилизм тебя тыкают носом. За это честь и хвала, конечно, режиссуре Сергея Женовача; мне вообще близок тот театр, который он делает, но это тема для отдельного разговора. В "Самоубийце" он просто позволяет происходящему катиться по накатанной, не вмешиваясь, не перебирая, не изменяя текст, не смещая акценты. Именно с этой пьесой такой подход работает очень хорошо.
Я, увы, не читала пьесу Николая Эрдмана, но сейчас пробежалась по интернетам и поняла, что спектакль идёт очень близко к букве текста. И тот основательно подпортивший мне впечатление косяк концовки - не косяк Женовача, как я думала сначала, а проблема самого Эрдмана. Вот ведь какая проблема. Потому что сам Эрдман вступил здесь в диссонанс с тем, о чём говорил прежде, пьеса вышла из-под его контроля. И это печально, потому что сама по себе, в отрыве от такого финала, она замечательно хороша. И спектакль у Сергея Женовача получился прекрасный.



@темы: Тиятральное, What I've seen

22:47 

"Лакейская"

Быть, а не казаться.
Я даже не знаю, что бы тут сказать такого, что будет отличаться от восторженного визга. Вот честно - не знаю.
"Лакейская" в постановке Григория Добрыгина - превосходная, очень талантливая во всех отношениях трагикомедия (назвать её просто комедией язык не поворачивается: всё в лучших традициях Островского и, собственно, Гоголя - юмористический сюжет, в который упакована печальная мысль, и, выходя, обязательно вспоминаешь про над чем смеётесь - над собой смеётесь). Спектакль играют в крошечном репетиционном зале, зрителей - человек пятьдесят, не больше; семьдесят минут чистого восторга в камерной обстановке. Это безумно смешно. Так стильно и злободневно жизнь с точки зрения маленьких людей стебали примерно никогда и нигде. И идти после просмотра вдоль Моховой, мимо Dr. Живаго, втройне любопытно, потому что на официанток и дворецких смотришь слегка иначе.
"Лакейская" целиком состоит из чрезвычайно вкусных и остроумных моментов, вызывающих непреодолимое желание топать ногами, хлопать руками и тереть сведённые хохотом щёки, она полна трюками, фокусами и гэгами - этот эффект, конечно, достигается за счёт хронометража, потому что блистательную плеяду ничто не прерывает. Мои ощущения после просмотра очень напоминают мне ощущения после серебренниковского "Леса" (а ведь тоже комедия на подумать), но "Лакейская", именно по наполненности, представляет собой концентрированную версию "Леса". И я бы очень хотела рассказать о том, как волшебно тут обыгрывают гоголевскую же русскую тройку (смешно до слёз), как не менее волшебно вкручивают в материю текста "Вечернего Урганта" (вы понимаете, когда Пархоменко зачитал про лук-лучок, золотую луковицу, половина зала, бывшая в курсе, гоготала в голос - и такие элементы как никакие иные подчёркивают, что спектакль живёт, дышит, каждый день набирает что-то новое и актуальное), но это надо видеть. "Лакейская" - как раз тот случай, когда я со всей серьёзностью говорю, что за билетами пора бежать бегом, словно на пятки наступает рядовой апокалипсис.
И самое главное: каким бы смешным ни был спектакль, всю серьёзность того извечного вопроса, о котором идёт речь, он транслирует более чем чётко. Слоёный пирог русского (возьму на себя смелость утверждать, что вообще практически любого) общества в разрезе - барин, властвующий над дворецким, дворецкий, властвующий над лакеем, лакей, шантажирующий дворецкого; только дорвись до власти, какой угодно, хоть до самого крохотного кусочка, и в своих глазах ты из маленького человека становишься большим. Даже если твоя власть - это плюнуть клиенту в ролл. Последняя часть, представляющая собой вербатим, составленный из историй людей, которых мы называем обслуживающим персоналом, подводит под всем сказанным и, что важнее, несказанным жирную черту. Красную черту, связавшую прошлое, настоящее и будущее в одну единую линию, в течении которой вряд ли что-нибудь хоть когда-нибудь изменится.
Умнице Григорию Добрыгину - виват. Мастерской Олега Кудряшова - двойной виват, потому что девочки и мальчики сказочно талантливы.


@темы: Тиятральное, Всем восторг, посоны!, What I've seen

00:01 

#сонетышекспира

Быть, а не казаться.
Как приятно ходить на вещи, на которые давно собираешься попасть, и уходить с них с чувством, будто тебе всего дали сполна, да ещё и бонусную вишенку сверху положили. Кулябинские #сонетышекспира - именно из этой области.
Это совершенная, абсолютная, ничем не обременённая красота. Красота воплощённая, телесная, очищенная от условностей, предельно чувственная. Думая о красоте, я теперь всегда буду невольно, пусть даже самую малость, визуализировать себе этот спектакль - жемчужный, разбелённо-серый, с невероятным светом и мизансценами, которые нужно смаковать по отдельности ("луна", Мария Фомина, которая протаскивает лежащего на земле Виталия Гудкова, держащегося за её каблуки - это же восхитительно!).
Я не могу не проводить параллели с "Русскiм романсом" Волкострелова, потому что в них очень многое, на мой взгляд, совпадает: рояль, общее ощущение (хотя у Волкострелова печаль смещена уже в область тоски), наконец, сам факт постановки не очень постановочных сюжетов (да и сюжетов ли?). И романс, и сонеты - вещи одинаково мистические, и просто пение/чтение тут бы не сработало. Всё выворачивается интереснее. Бусины сплетаются в ожерелье. Оба спектакля - швами наружу, как это довольно часто бывает в последнее время; в "Сонетах" эти швы вообще переходят в область контраста между земным и небесным. Не зря же в то время, что одни артисты говорят о любви, другие, переодетые грузчиками, за стеной едят доширак, шумно чавкая (и самое удивительное, что даже это - красиво!).
В "Русском романсе" поющие Татьяны Ларины прочно ассоциировались у меня с призраками погибших во цвете лет незамужних девушек; в #сонетахшекспира Кулябин тоже показывает призраков - обитателей подчёркнуто старого особняка, которые резвятся, показывая вечную игру между мужским и женским. Не мужчиной и женщиной как какими-то конкретными людьми (не зря любовный сюжет здесь разыгрывается сразу на пятерых), но двумя началами одного и того же. Сначала мужчина гонится за женщиной - соблазняющей и любящей, нежной и страстной; потом женщина гонится за мужчиной, кидаясь от одного к другому. В какой-то момент спектакль становится страшно мизогинистическим, что вступает в странный диссонанс с текстами сонетов, но эта сцена - скорее закономерный итог, кульминация, выброс того напряжения, которое копится с самого начала.
Сценография и детали спектакля говорят о ветхости: серый в разводах цвет, состарившаяся мебель, облака пыли из пудрениц, Рахманинов, Пёрселл, Арво Пярт - но звучит он очень современно. Или, правильнее будет сказать, вне времени. Герои здесь разговаривают не столько сонетами, сколько прикосновениями, движениями - бессловесной животной нежностью; ласкаются, как кошки и собаки, трепещут, как птицы. Это не пошлость, это чистый сенсуализм. Сонеты - способ заполнить паузу, перевести происходящее между двумя на язык, понятный большинству. И вот в этом, как мне кажется, абсолютный успех Кулябина как режиссёра, потому что он поймал как раз то, что своими текстами всегда доносил Шекспир - тайну двоих, переведённую в вербальную плоскость.


@темы: What I've seen, Всем восторг, посоны!, Тиятральное

21:05 

"Сверчок. Сказка для инфантильных взрослых"

Быть, а не казаться.
В рамках второй сессии лаборатории МХТ им. Чехова я попадаю на категорически малое количество всего. Я до дрожи в коленях хотела бы сходить на мастер-классы Рыжакова и Бутусова, но даты, бессердечные самки собаки, рушат мне все надежды, и я обливаюсь слезами. Так что из того, на что я иду, только "Замок" Андреаса Мерц-Райкова и сегодняшний "Сверчок" Марфы Горвиц.
В данный момент, который растянулся на весь период моего путешествия от дверей театра и до дома, я не могу понять, ужасаться ли мне тому факту, что "Сверчок" был во второй части лаборатории, или же молиться на него. Всякому впечатлению своё время, и если бы я посмотрела его в преддипломный период, я бы точно восприняла его острее; с другой стороны, вкупе с волкостреловским "Оставаться живым" он бы меня стопроцентно, гарантированно доломал. Так что, пожалуй, скорее молиться.
Усиленно думаю, что сказать. По сравнению с тем же "Иовом" этот эскиз очевидно более сырой, хотя многие вещи проглядываются вполне чётко: немножко от Кэрролла, немножко от "Ёжика в тумане" и самая универсальная аллегория из всех возможных, подсказанная природой. Не могу сказать, как много Марфы Горвиц именно в тексте Тоона Теллегена, но что-то намекает мне, что сказки его, как у Кейт Ди Камилло, не совсем для детей. Будь оно иначе, этого важного уточнения - для инфантильных взрослых - не было бы.
На самом деле, больше драмы тут даже не у сверчка, которого посетило мрачное чувство (ни секунды не сомневалась, что это будет Сергей Медведев: его пластические ужимки, его всё), а у слона, который падает с деревьев. Подтекст, а вернее, подсекст его реплик кристально ясен и понятен; тут, впрочем, нужен пробегающий дядюшка Фрейд, хитро изогнувший бровь - не только относительно слона, но и относительно сверчка, который качается на лампе в дупле белки. Опять возвращаюсь к звериной тематике и понимаю, что это действительно лучший вариант демонстрации психологических проблем уже человека: черепаха, которая прячется в свой панцирь (и ты прячешь своё "я", защищая его от внешнего мира), слон, который пытается залезть на верхушку дерева (очень правильно подчёркивающий, что не так важен сам факт свершившегося гештальта, как важны синяки, которые ты набиваешь в процессе), креветка с медведкой... это ещё не совсем абсурдистский театр, но уже на пути к нему. И его прелесть как раз в том, что он продолжается во мне и после того, как я покинула репетиционный зал.
"Сверчок" - не панацея в случае вопроса о том, как жить, когда тебе плохо. Он скорее показывает ситуацию со стороны: что происходит с нами, когда нам неоправданно грустно, как ведёт себя окружающее ближайшее общество, если нас посещает меланхолия, как мы пытаемся спастись - людьми, едой, сексом, словом, простыми радостями. Это именно что меланхолия, а не клиническая депрессия - хорошо знакомое ощущение, когда печалиться вроде бы не о чем, а что-то внутри всё равно мешает радоваться и жить по-старому. "Сверчок" не предлагает универсального выхода из этой ситуации, зато позволяет посмотреть на себя.
Вернее, конечно, предлагает. Но он недостижимый - и слава б-гу, потому что страшный. Страусиная политика - зарыть себя в песок и просто забыть о том, что было плохо, радостно поглощая торт и запивая чаем (вылитое чаепитие Алисы). Нужно помнить о плохом - хотя бы для того, чтобы чётче и благодарнее воспринимать радость здесь и сейчас.

@темы: Тиятральное, Изображая рецензента, What I've seen

Papier kann so geduldig sein

главная